Летопись освобождения Копыльщины. Н.М. Жилин: «Это был мой сын»

75-летие освобождения Беларуси Актуально Память

Она не ходила в разведку, на боевые задания, не пускала под откос эшелоны, не расстреливала в упор фашистов. Она не сделала, на первый взгляд, ничего героического.

■ Н.М. Жилин. 50-е годы
■ Н.М. Жилин. 50-е годы

Она просто сумела умолчать о том, о чем нужно было молчать. И этим молчанием многие партизаны  обязаны ей своей жизнью. Она — это Лора, молодая девятнадцатилетняя девушка из д.  В. Раевка, жена командира взвода отряда им. Щорса бригады им. Чапаева  Н.М. Жилина, участника Старицкого боя  7 ноября 1942 года.

Передо мной воспоминания мужчины, мужа, партизана, командира, очень личные, но они  еще об одном вопиющем факте злодеяний фашистов в годы Великой Отечественной войны:  «…На лице Лоры блуждала счастливая улыбка.  В последние дни тот, кого носила под сердцем, все чаще и чаще давал  о себе знать. Перед глазами стоял образ мужа: она и сейчас видела его спину и  ствол винтовки, скрывшиеся за деревьями сада. Тишину и милые сердцу мечты  прервал винтовочный выстрел, застрочили автоматы. Страшная догадка обожгла мозг: «Немцы». Лора выскочила на улицу и тут же натолкнулась на полицейских. Она сразу узнала Корзуна из Тимкович. Узнал ее и он.  Больно ударив прикладом в плечо, заставил вернуться в дом. А там, заходясь от хохота, приговаривал: «Вот ты нам и нужна. За голубкой прилетит и голубь». Лору вывели  на улицу. Там собралась группа арестованных — в основном те, чьи родственники были в партизанах. Посадили в машину и отправили в Копыль. Алевтина Брониславовна, мать Лоры, собрала корзину с едой  и бросилась в Копыль в комендатуру  выручать дочь.  В кузове автомашины Лора глазами, застилаемыми слезами, приглядывалась к своим односельчанам: дедушка Паньков с кровавым пятном на месте клочьями вырванной бороды;  Ваня Табочков смотрит одним глазом, второго не видно из-за синей опухоли; Вера Музычкова — жена Николая Клочкова, как и Лора, ждущая ребенка. В Копыле их бросили в подвал. Допросы начались утром. Очередь дошла и до Лоры. «Где твой муж?» — крикнул переводчик. Ее уговаривали назвать место партизанского лагеря, обещали немедленно освободить, дать большую награду, сохранить сказанное ею в тайне, пугали, что молчанием она вредит сама себе. Затем посыпались удары резиновой палкой по животу, по спине, по голове. Мозг сверлила одна мысль — как защитить того, который там в ней. Очередной удар, на этот раз носком тяжелого солдатского сапога, свалил ее набок. Фашисты избивали теперь уже вдвоем кулаками, резиновой дубинкой, сапогами до тех пор, пока и до их затуманенного спиртным и кровью  мозга не дошло, что добиться от нее больше ничего уже нельзя…  Назавтра арестованных перевезли в Слуцк.  Желание же  Алевтины Брониславовны помочь Лоре превратилось в допросы: «Твой зять — партизан, и перед облавой он был дома, но сумел скрыться». «Предали», — мелькнула мысль.  В это время партизаны решали, как освободить заложников».

■  Казнь партизанки Марии Щурской. Копыль. 1942 год
■ Казнь партизанки Марии Щурской. Копыль. 1942 год
■ Копыль. Старая застройка. Виселицы. 1942 год
■ Копыль. Старая застройка. Виселицы. 1942 год

Н.М. Жилин вспоминал, что их отряд был создан два месяца назад (на тот момент), насчитывал 20 человек, половина из которых не имела оружия. Освободить арестованных из Копыльской тюрьмы  решили так называемые еремовцы (партизанский отряд под командованием Василия Григорьевича Еременко). Бой начался задолго до рассвета, и преимущество было на стороне партизан, да на помощь немцам подоспела техника. Партизаны вынуждены были отступить — операция по  освобождению арестованных сорвалась. На второй день весь район облетела весть: всех арестованных из Копыля вывезли в Слуцк и расстреляли, а на Базарной площади строят виселицы… Первой шла изувеченная Лора. На груди висел кусок фанеры с надписью: «Я помогала партизанам». Лора шла устремив взгляд куда -то вверх. Может, она думала о матери, муже, сестренках и братиках, а может, о том, кому предстояло вот-вот появиться на свет. Идти было невыносимо — начинались схватки. Согнанная толпа до последнего не верила, что немцы повесят женщину, еще совсем девочку, готовую с минуты на минуту стать матерью, подарить миру своего первенца…  Ящик выбили из-под ног обреченной. Тело Лоры скользнуло вниз, вытянулось, и отчетливо было видно, как живот, обтянутый старым ситцевым платьем, несколько раз всколыхнулся. Затем на булыжник упало крохотное тельце. На площади воцарилась мертвая тишина. Очевидцы невероятного преступления бросились врассыпную с воплем «Изверги! Людоеды!» На площади остался один человек. Он по-прежнему лежал на булыжнике под телом матери, шевеля ручонками, морщась, казалось, что он вот-вот закричит. Немецкий офицер подошел к крошке и выстрелил в младенца. В тот же день в Копыле повесили и Алевтину Брониславовну.  Летом 1966 года останки казненных в мае 1942 года были перенесены на городское кладбище в братскую могилу.

Валентина  Шуракова,

директор Копыльского районного краеведческого музея



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *