Он верил в Победу

75-летие освобождения Беларуси Новости

Сам я родом из Жлобинского района. И мне хотелось бы на страницах вашей районной газеты рассказать о муже моей тети Зинаиды Митрофановны Журавской-Леонковой — Журавском Михаиле Чеславовиче. Мне 83 года, и я в целом хорошо помню войну и знал тех, кто воевал.

regnum_picture_1494178144663759_big

Родился дядя Миша, а племянники и племянницы его все так называли, в деревне Грозово. К большому сожалению, не сохранились листок учета кадров и его автобиография. И сейчас мы не знаем, кто были его родители, а значит, о его родственниках, естественно, мы тоже не знаем. Но знаем, что он окончил физмат Минского пединститута и работал до войны учителем в школе. Женился он на нашей тете Зине в 1935 году. У них было двое детей: Владимир, 1936 года рождения и рано умерший (в 1957 году во время эпидемии гриппа), и Олег 1939 года. Он окончил Белорусский политехнический институт и стал инженером-электриком. Он очень добрый и внимательный человек. У него двое детей — дочь и сын, есть внуки. Жена Нелля умерла, не дожив до 70 лет. И когда я бываю в Минске, то захожу к нему. Брат всегда встречает меня с большим радушием. Кстати, внимательны ко мне и его дети — Оксана и Михаил.

Дядя Миша был участником советско-финской войны, а вскоре началась и Великая Оте-чественная война. У него к тому времени был не только военный боевой опыт, но и звание старшего лейтенанта Красной Армии. Летом 41-го года он в районе Бобруйска попал к немцам в плен. После нахождения в немецком лагере его, как и других крепких мужчин, везли в Германию работать. Поезда тогда ходили очень и очень медленно. Связано это было с тем, что рельсы, как говорят, положены были на живца. И у него созрел следующий план: сорвать половицы в вагоне и, когда поезд будет идти медленно, упасть между рельсами, что и было сделано. Затем дядя пошел к нам на Жлобинщину, в деревню Пиревичи. Он считал, что его семья должна была там находиться, ведь куда, как не к родным, во время войны шли люди. И не ошибся. Семья его находилась у его тестя Митрофана Евдокимовича Леонкова. Детская память цепкая, особенно в экстремальных условиях. Хорошо помню, как дядя Миша со своим тестем, моим дедом, обсуждали текущие события и особенно положение на фронте. Он не верил немецкой пропаганде, когда сообщалось, что гитлеровцы взяли Москву. Он глубоко верил, что победа над немцами неминуема…

Когда в нашей местности появились партизаны, он ушел к ним и был командиром роты. Партизанское соединение носило звание «Железняк» и  действовало в лесах Буда-Кошелевского района, который граничит со Жлобинским. В  начале декабря 43-го года нашу территорию освободили от немцев, а партизаны влились в часть Красной Армии. Одна деталь: было постановление ГКО (Государственного Комитета Обороны): партизаны, которые были учителями, имеются в виду мужчины, получили бронь. Я уже не помню почему, но дядя Миша не воспользовался этим и ушел на фронт. Погиб он возле города Щетина (Польша) 25 февраля 45-го. Сохранилась его могила на военном кладбище Грифино…

Можно сказать, что это обыкновенная история. Все это так. Как обыкновенно и то, что без таких, как Михаил Чеславович Журавский, не было бы победы, не было бы и нашего суверенного государства.

Александр ПЕТРУННИКОВ,

г. Барановичи



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *